Кровавое безумие

фoтo: Aлeксeй Мeринoв

Мы нe знaeм, кaк прaвильнo oпрeдeлить дeйствия взрoслыx: oргaнoв влaсти, учитeлeй, рoдитeлeй. Eсли oни нa сaмoм дeлe нe пoнимaют, чтo прoисxoдит, тo ли дeлaют вид, чтo нe пoнимaю. В кoнцe кoнцoв прoщe тoлькo ужaсaться, дeлaют бoльшиe глaзa, чтoбы дaть нeзaмeдлитeльныe и бeссмыслeнныe прикaзы.

Для взрoслыx, oсoбeннo для бoссoв, глaвнoe-этo “принять срoчныe мeры”, чтoбы oтчитaться, пoкaзывaют рeвнoсть, в тo врeмя кaк высoкaя кoмиссия лeтaть из Мoсквы, чтoбы, прилeтeв нa мeстo трaгeдии, чтoбы сдeлaть то же самое: отдавать бессмысленные приказы.

До сих пор нет крови замыли в школьном коридоре, а руководство Улан-Удэ, уже приказало: во-первых — усилить охрану школ; во-вторых — в каждой школе должен быть психолог.

И всея руси, выступил из Москвы те же команды: усилить охрану и обеспечить психологи этих школ, где их нет.

Эта показная забота не решает проблемы, и вряд ли кто спасет.

★★★

Мои знакомые — высокие профессионалы в своей области:

заведующего кафедрой нейро – и патопсихологии МГУ им. Ломоносова, профессор, доктор психологических наук Александр Тхостов;

руководитель судебно-психологической лаборатории Московского областного центра судебно-психиатрической экспертизы, доктор психологических наук Виктор Гульдан.

А. М. М. Что будет усиление защиты?

ГУЛЬДАН. Реальное усиление защиты не остановит подростков-убийц. Просто они будут принимать его действия за пределами школы, за забор.

А. М. Что значит “реальная прибыль”? Прозвон рамки металлоискателя? Но ключи, телефон, нож, кольцо в равной степени. Керамический нож не звенит на все. Обыск каждого?

ГУЛЬДАН. Невозможно. В больших школах учатся сотни детей. Представьте себе невероятную толпу у входа за пять минут до звонка. Сколько это займет времени? Сколько детей будет стоять в прохладном?

ТХОСТОВ. На самом деле директор и учителя знают, кто из учеников является опасным. Бывает, что девушки не уступают в жестокости мальчики. Среди младшеклассников, кажется, поножовщины не происходит никогда. Может не их разграбить.

А. М. Если будет просить старший младший контрабандой что-то режущее, вряд ли-младший будет в состоянии бросить. Пусть в вашу епархию, — немедленно обеспечить все школы психологов. Где их взять и какова должна быть их квалификация? Заставить они пользу или вред?

ТХОСТОВ. Мы всегда спохватываются, когда что-то происходит. Мы всегда одно желание: все делают за 24 часа. Психологи в школах, безусловно, необходимы. Во всем мире они есть. Но за два дня они не появятся. Ни завтра, ни через год, ни через два. Если государство имеет на это реальные планы, нужна многолетняя работа, а не сиюминутная кампанейщина. Нужны тысячи психологов, а их нет и взять негде. Официально издают много, но какое качество? Кто их учит?

ГУЛЬДАН. В Москве есть хорошие факультеты, но по всей стране… В 1970-е годы советские университеты производят 150 психологи в год. Теперь каждый год диплом психолога получают тысячи людей. И чем хуже вуз, тем больше вероятность, что в нем есть факультет психологии.

А. М. Как бы вы определили количество относительно хороших психологов?

ГУЛЬДАН. На наш взгляд, профессионально подходят — 10 процентов. Совершенно неуместно — на 30 процентов. Остальные 60% в лучшем случае безвредны. Плохой психолог — не безвреден, он не на пустом месте. Плохой психолог парализует и дети, и родители (если они к нему придут).

ТХОСТОВ. Кроме того, нигде в мире диплом психолога не является достаточным для работы, в том числе — в школе. Такой диплом только дает право сдать экзамен на лицензию. Очень трудный экзамен. И только тот, кто дал его, допускаются к работе с детьми.

ГУЛЬДАН. В 1990-х в России Министерство образования решило, что в школе должны быть психологи. Где f их было взять?

ТХОСТОВ. Их сделали из учителей. Это была огромная ошибка. Отправить рядовых учителей на переподготовку. Девять месяцев — и они стали психологи. И работают до сих пор. И в результате мы видим.

ГУЛЬДАН. В школе тысяча учеников, одного психолога мало. Нужен психолог в более мелкие классы и другие — высшие. Потому что дети в 7-8 лет и дети в 14-15 — это огромная разница, это совершенно разные проблемы, требующие различной компетенции других знаний и навыков. Сейчас психолог в некотором смысле “сопровождать” неудачных студентов. А речь идет о совсем других проблем — конфликтов, работы с группами риска. В дополнение нужны психологи, которые занимаются профилактикой насилия, наркомании. Нужен не только детский психолог, но и медицинские. Требуется клинический психолог, потому что нормальный не устранит проблемы. Т.это. каждой школе нужна психологическая служба.

ТХОСТОВ. Еще одна иллюзия: если в школе появился психолог, то проблема будет решена. Это все равно, что думать, если будет у нас хорошо работают полиция и суд, не будет воров, насильников, убийц. Значит, речь идет не о том, что психологи будут устранены все проблемы, а о том, что они помогут ограничить рост тяжелых и жестоких проблем. Но кровавые случаях, увы, еще будет.

Для многих взрослых, в том числе и от журналистов, и многое другое., есть странная иллюзия, они считают, что дети — ангелы. Это ложь. Дети очень жестоки. Они были более жестоки, чем взрослые, потому что дети не понимают и не соразмеряют, какие последствия возникают от их действий. Они очень сильно подвержены внушению, склонны действовать опрометчиво в группе. Так, подростки всегда будут в группах риска по агрессии, для беременности, для употребления наркотиков. Такова природа их поведения.

ГУЛЬДАН. Теперь во всех следственных изоляторов есть психологи, которые пишут характеристики поступивших арестантов. Это немыслимая короткое и совершенно бессмысленная трата государственных средств. Реальной психологической службы школы придется вступить в контакт с врачами, с полицией, с учителями, дирекцией, с родителями, с органами соцобеспечения.

А. М. Сколько все это должны быть психологи?

ТХОСТОВ. Психолог должен участвовать не все, а только проблемных детей. Ребенок, что все нормально, трогать не нужно, не нужно. Речь о том, чтобы определить те, которые ненормально. Пока не на 100%. Но вскоре в трудной ситуации, будет 50 процентов.

А. М. Вы пошутили?

ТХОСТОВ. Нет.

А. М. Почему так растет число проблемных?

ГУЛЬДАН. Сейчас в моде включено включено обучение. Это гуманная идея, что все дети (как и проблемы, которые ни были) должны учиться вместе. Прежде чем ребенок с умственной отсталостью, с психопатическим поведением, агрессивностью, повышенной возбудимостью, нарушением внимания, тренируется отдельно. А сейчас генеральная линия: все учатся вместе. Это очень гуманно, но благими намерениями вымощен путь в ад. Потому что эти люди, которые за него ратуют, не понимают, как на самом деле работают учителя. Если в классе будет два таких проблемных ребенка и 25 обычных детей, что будет делать учитель? Кто-то, он должен делать? Или эти или эти. Отличная Идея: воспитывать в школьниках толерантность, эмпатия. Да, это мы в какой-то степени вы сами. А задача обучения будет решена? Или она уже отменена?

А. М. Выходит, и проблемы достаточно, чтобы учитель зациклился именно на нем.

ТХОСТОВ. Да, конечно. В противном случае он будет постоянно мешать. Если он тихий, учитель может его игнорировать. А если он буйный?

ГУЛЬДАН. Увеличивается число детей с раздражительность, плохая память, быстрая утомляемость и число так называемых “десоциализированных” — не может адаптироваться в классе, в силу психических отклонений. Эти дети нуждаются в специализированной медицинской и психологической сопровождения. Так что в штате школы кроме обычных психолог должен быть клинической (медицинской) психологии. И из школы, чтобы рычаги, которые позволяют сложных детей удалять.

ТХОСТОВ. Эти рычаги не. Но лечить этого ребенка или нет — решают родители. А родители были невежественными, апатичными, уверены, что все в порядке. А в результате бедный учитель не инструмент, чтобы справиться с этой проблемой.

ГУЛЬДАН. И школы такой инструмент не для того, чтобы выгнать кого-то агрессивный, который каждый день лупит детей, срывает уроки. Его обязаны обучать. Но как это сделать?

ТХОСТОВ. История с резней, история с топором — они просто снова проблема. Не может сказать, что психологическая служба в школах у нас плохая. Ее Просто нет. Вовсе нет. Во-первых, что-нет, но школа живет на муниципальные деньги. Муниципалитеты начали экономить, убрали ставки. На какие средства школа наймет психолога?

ГУЛЬДАН. Другая опасность. Сейчас в Министерстве образования появилась православное лобби. Вместо психологов, теперь они будут в школе ввести. попова. Психологическая работа будет заменена ритуалами, которые, естественно, не решать проблемы.

А. М. бедных муниципальных школ нет денег на психологов. А богатых состоятельных семей? И дорогие школы, в которых психологи, конечно, есть, там все в порядке?

ТХОСТОВ. При богатых детей ужасные проблемы

А. М. Давайте об этом в следующий раз.