«Российский — означает авторство»: россиянку в Канаде, посажены жизни и безвинно

фoтo: Eлeнa Свeтлoвa

Сo свoим втoрым мужeм, aмeрикaнeц пoльскoгo прoисxoждeния Збигнeвoм Мичкoвски, Людмилa пoзнaкoмилaсь в Xaбaрoвскe, в дaлeкoм 1979 гoду, нa Мeждунaрoднoм Тиxooкeaнскoм кoнгрeссe. Oн — прoфeссoр унивeрситeтa кaнaдскoй прoвинции Мaнитoбa, прeпoдaвaтeль пoлитичeскoй гeoгрaфии. Oнa дoктoр нaук, бeз пяти минут дoктoр иркутскoгo Институтa гeoгрaфии нa Сeвeр и Дaльний Вoстoк. Oн прeдстaвил сeбe, Тeд, пoясняя шуткa: «для тoгo, чтoбы нe путaть с Бжeзинским».

— Я тoгдa зaнимaлaсь экoлoгичeскиe прoблeмы в зoнe Бaйкaлo-Aмурскoй мaгистрaли. Придумaть дoклaд, пoсыпaлись вoпрoсы, — вспoминaeт Ильинa. — Кoнгрeсс, кaк этo принятo, зaвeршить брудeршaфтaми. Тeд пoдoшeл кo мнe нa бaнкeтe и скaзaл мнe, чтo чaстo прoисxoдит в Сoвeтскoм Сoюзe. Oн oчeнь xoрoшo гoвoрит нa русскoм языкe, учился в OКСФOРДE и зaщищaeт тeзис oт Юлиaнa Глeбoвичa Сaушкинa пo экoнoмичeскoй гeoгрaфии, кoтoрoгo я тoжe знaлa. Нaм былo o чeм пoгoвoрить.

Oн улeтeл в Кaнaду, нo oни прoдoлжaли oбщaться. Тeд присылaл симпaтичный кoллeгa пoздрaвлeния с прaздникaми нa aдрeс Институтa бытoвaя тexникa: тoгдa нe рeкoмeндуeтся вeсти личную пeрeписку с инoстрaнцaми.

Этo в 40, oн нa 16 лeт стaршe, нo, кaк всe инoстрaнцы, выглядeл мoлoжe. Oбa в дaнный мoмeнт свoбoдны. Нo Людмилa нe думaлa o брaкe.

— Я тaк былa устрeмлeнa к нaукe, чтo нe xoтeл, пoлнoстью пoсвящaть сeбя сeмьe, нeсмoтря нa сoрoкaлeтний вoзрaст. Я думaю, чтo этo связaнo с пoздним рaзвитиeм. Я oткрытиe рeбeнoк вoйны, тaк чтo в физиoлoгии былo пoзднo, — гoвoрит oнa. — У мeня был oдин чeлoвeк, кoтoрoгo я любил, мeжду прoчим, мoлoжe мeня нa 5 лeт, нo eгo мaть запретила мне жениться из-за разницы в возрасте. Затем я вышла замуж за человека, который очень долго добивался моей руки, и переехал в Москву, где был приглашен в Институт географии РАН. Я работаю над атласом «Природная среда и естественные ресурсы мира». Все это время нас с Тедом связывают дружеские отношения.

Брак оказался неудачным. Муж Иван, хотя ишемической болезни сердца, много пили. Людмиле бороться, а может, даже и в партбюро, обратились за помощью. Ничего не помогало, и она ушла. Сдам квартиру, на что уходила треть зарплаты. Пять лет после развода, она узнала, что Ивана уже нет. Его нашли мертвым в ванной комнате. Сначала стакан водки, а потом бутылку… Сердце остановилось.

Когда Тед приезжал в Москву, они с Людмилой всегда выполняются. Он присылал ей приглашения из университета Манитобы, но его не производят за рубежом. Говорили: «Вы не замужем, так что не может». Иногда документы просто «терялись». А в 1989 году. неожиданно для заключения визы.

Тогда прямые рейсы в Виннипег не было, пришлось лететь в Монреаль. Тед познакомился с Людмилой в аэропорту и сразу же сказал: «Сейчас полпервого ночи, а в 5 утра мы едем на гастроли в северной Манитобу!»

Вернулись через 12 дней, и встал вопрос: где остановиться московская гостье?

— Это большой дом: цокольный этаж, три спальни, но сначала я снимала комнату по соседству. Однажды Тед устроил романтический вечер при свечах, — вспоминает Людмила. — Пригласил в гости. Когда все ушли, он признался: «вы знаете, чем больше друзей, тем больше я понимаю, что речь идет о браке!» И все «по науке» может быть: мы оба одиноки, мы хотим создать семью, у нас много общего, будем помогать друг другу. Опустился на колени, поцеловал мне руку и заплакал. Было трудно устоять. Я понимаю: он человек хороший, добрый, меня любит.

— А она его любит?

— Но я не умею так сразу. Тогда в суде спрашивали: «А почему нет ни одной фотографии, где вы целуетесь?» Не привыкли люди в наше время целоваться. Это селфи делают. Мы по-другому воспитаны. Я сказал, что вы должны вернуться в Россию, а он ответил: «Пока мы не зарегистрируем брак, я вам не позволить!» Мы расписались, и я пошел в Москве. И только один раз дома, поняла, как я одинока, как мне не хватает Тед!

Моя мама с сестрой, принял известие о ее браке более осторожно. На семейный совет и решили: Людмила пока лучше ездить в Канаде в научные командировки. Они с Тедом начали интересный проект «Компьютерный атлас России», приняли участие более 300 карт.

Людмилу никто из москвы коллег не сказал мне о своем заокеанском брака. Она протянула мужу с помощью друзей-географов поездки на Алтай, в Якутию, на Дальний Восток. Регулярно в в Канаде. Это жизнь на чемоданах: три месяца там, три месяца здесь. Но расставаться на долго каждый раз становилось все труднее, и Людмила, наконец, переехала к мужу. Начался новый отсчет ее судьбы.

Людмила и Тед. Пять счастливых лет вместе. До трагедии остается один год. Фото: издательство «Весь Мир»

— Мы были вместе шесть лет. Жили так, как я понимаю в семейной жизни. Оказалось, что в нашем браке преобладающей интеллектуальной сообщества. Если бы мы были моложе! А так… мне 50, ему — за 60. Секс был, но, конечно, не каждую ночь. Тем не менее, на суде звучало. Откуда они узнали, я не поняла. Мне сказали: «Вы не каждую ночь спали вместе, потому что у вас разные спальни». Да, у нас другой биоритм. Я жаворонок, встаю в 5 часов и в 6 уже работаю в бюро. А Збышек — сова, засиживался до глубокой ночи.

— Каким человеком был ваш муж?

— Он импульсивный, но отходчивым. Честно вам скажу: для меня он был очень добр, дал деньги на поездку в Россию и дорогостоящие поездки в США и Канаде. Мама помогла мне купить квартиру в Москве. На эти вопросы, он очень щедрый человек. А в мелочах может проявиться жадность. Рождения ребенка, юбилей, свадьба — в Канаде, как и в России, принято выбрасывать в общий подарок. Мой Тед возмущался: «Ну почему я должен давать деньги людям, с которыми связан только по работе? Хорошо 20 долларов, но они ждут от меня в десять раз больше!» Считалось, что профессор, который получает 100 тысяч (канадских долларов) в месяц, должна быть внесена в общий котел двести. Я сказал: «Не жалей!» Он ответил: «Не дам из принципа»! За это его недолюбливали.

…Шесть лет пролетели, как один миг. А потом, как говорит Людмила, «точка невозврата».

20 июля 1995 года. Тед был зверски убит. Людмила нашла его на пороге дома в луже крови. Сразу же вызвала 911. Для полиции она сразу стала подозреваемой номер один. Когда Людмила спросила, для адвоката, она сказала: «Зачем вам адвокат, если вы невиновны?»

После этого патологоанатом насчитал около 30 телесных повреждений, из них 19 на голову. Череп был проломлен. Один старый профессор распространяется с помощью бейсбольной биты и неизвестного металлического предмета. Орудие убийства так и не нашли, несмотря на то, что полиция не один месяц, рыскала по округе, а водолазы тщательно проверили дно близлежащей реки.

— Я помню первый допрос?

— Такие вещи не забываются. Допрос длился 16 часов, без перерыва и закончился глубокой ночью. Ни адвоката, ни переводчика, ни воды, ни пищи. После этого меня сняли с голов, и одна женщина-полицейский обследовала каждый сантиметр моего тела, но не нашел ни одной царапины, ни одного синяка, ни капли крови. Ногти обрезали до мяса — поиск органических следов. Их Не было. Но свидетель, я быстро превратилась в обвиняемую. Главный аргумент: в доме, кроме меня, не было никого.

…Прокурор Джордж Дэнжерфилд настаивает на «хладнокровном, хорошо спланированном убийстве». Он все время повторял: «Она русская по национальности, он русский паспорт, он едет сюда и бежать в Россию». В течение трех месяцев Людмиле заключен в тюрьму Портидж — самая ужасная женщина исправительное учреждение в Канаде.

В один момент она потеряла все. Она не было больше ничего: ни мужа, ни дома, ни сбережений — банк конфисковал общий счет супругов. На следующий день после ареста Людмиле потеряли работу в институте, в университете Манитобы. А еще через день его имя исчезло из списка преподавателей, вывешенного перед главным входом института. Известный ученый, член мирового научного сообщества, превратился в убийцу.

Так выглядело место преступления. Фото: издательство «Весь Мир»

— Людмила, почему, попав в беду, сразу же связался с российского консульства?

— Я с самого начала хотела, чтобы консулу сообщили о том, что со мной произошло. Но мои адвокаты, которые уже были уплачены деньги, запрещены: «Только русские нам здесь не хватает! Сами знаете, какое здесь отношение к России!» Это было в середине девяностых годов, на Западе боялись русской мафии. Только в 2001-м я направил все документы в наше консульство. Консул навещал меня в тюрьме, и позже, когда суд вынес «русский убийца» на поруки под залог, который внесли наши с Тедом канадских друзей.

…Жернова карательной машины, усердно перемалывали жизни Людмиле в порошок. И не важно, что не было ни улик, ни свидетелей, ни орудия убийства, ни мотива. Местные газеты раздували историю о «российской женщины, вступают в брак с богатым американцем и убившей за деньги».

— Вам приписывали личный мотив?

— Потому что они не знали, что перед бракосочетанием я подписала брачный контракт, согласно которому я отказывалась от раздела имущества. По канадским законам я имею право на половину имущества, независимо от того, когда оно было нажито. Позже я подписала отказ и от пенсии мужа в случае его смерти. Так что смерть-Тед, я теряла все. Но мои канадские адвокаты не спешат петь эту информацию в суде.

— Вы пытались проанализировать, что произошло в эту ночь?

— Сотни раз я пыталась это понять. В семь часов вечера, я в последний раз видела мужа живым. Рано утром я должен был лететь в сложной деловой поездки в Ванкувер, в пять часов утра, Тед заказал мне такси до аэропорта, а сам пошел в гости к своим друзьям Фабриковски. Я просил его, чтобы не пить алкоголь, потому что он, как успокоительное, буквально на днях я вернулся из долгого путешествия в Польша и не удалось восстановить до другой часовой пояс. Но, как потом выяснилось в суде, Тед все еще выпил 2-3 бокала вина. Согласно показаниям Фабриковски, он отправился в гости, держась за мебель, а на велосипеде его качало из стороны в сторону. Как можно было отпустить человека в таком состоянии?

…, Как разворачивались события дальше, можно только предположить. Скорее всего, кто-то остановил машину и вошел в дом с целью ограбления, но Тед оказал сопротивление, возможно, пытается преследовать грабителей, и его оценка ниже. На столе были два его портфолио и Людмила. Выпотрошенное портмоне Тед валялось на улице в луже крови. Исчезли фамильные драгоценности, которые он ранее принес из Польши. А ближайшие соседи показали, что слышали в полночь звук отъезжающей на большой скорости машины.

— Было очень несовместимые вещи, — размышляет Людмила. — На левой руке мужа остался огромный синяк, с выходом на ладони — отчет патологоанатома речь идет о мощный боксерский удар, который Тед, вызвали кого-то из нападавших. На моем теле не было никаких травм и повреждений.

Ее судил суд присяжных. Голоса делятся 50 на 50. В таких случаях приговор не является негативным. Суд первой инстанции, отменить любое решение, принятое в пользу обвиняемого. Но нашу соотечественницу приговорен к пожизненному сроку за преступление, которое он не совершал.

— После первой попытки я все еще надеялся, что освободить меня. Друзья говорят: «Канада — демократическая страна. У нас все делается законно и никогда не посадят невиновного человека». Когда я понял, что все кончено и меня посадят в тюрьму, я взял огромную дозу таблеток. Попасть снова в тюрьму Портидж мне казалось хуже смерти. Но я не умер.

Она сделала вторую попытку, когда из Оттавы пришел отказ: суд отклонил апелляцию. Вошли две женщины и шериф в наручниках. «Можно мне попрощаться с друзьями?» — спросила Людмила, и за их спинами незаметно затолкала таблетки в рот.

— На меня надели наручники и повели. Возле лифта я потеряла сознание и больше ничего не помню. В себя, прийти в один. Меня раздели, выданных негнущийся сарафан без рукавов. В камеру голый топчан — ни одеяла, ни подушки. Я просила об экстрадиции в России, но мне отказали.

— Людмила, о вашей жизни, вероятно, осложняло и то, что не признают своей вины.

— Я был так твердо убежден в своей невиновности, что не продалась независимо от того, какие права и привилегии. Хотя в Канаде многие идут на сделку со следствием. Это нашумевшая история супружеской пары. Они пригласили к себе подростков, которые мужчина насиловал и убивал, а женщина снимала все происходящее на видео. Даже родную малолетнюю сестру привести и держал маску с хлороформом на лицо.

Благодаря торгу между преследования и адвокат, и женщина опубликовали видео с условием, что она вменят убийство, за которое он получит 10 лет, то его файл на компьютер будет уничтожен. Чтобы ее выпустили на свободу с условием не приближаться к детям и не делают детей. Она улетела на Карибские острова, чтобы выйти замуж за миллионера, с двумя детьми и беременными. Я наткнулся на то, что вы пришли, чтобы родиться в Канаде. В роддоме ее узнали и отказались обслуживать.

— Вы прошли через пять закрыть. Что вы можете сказать о пенитенциарной системы в Канаде?

— Тюрьма в Канаде очень разные. Самый страшный уровень — «максимум секьюрити», где убийцы сидят в полной изоляции в круглосуточный мониторинг. Во-первых следует для того, чтобы заключенные ничего с собой не сделали, только после обследования психолог может быть преобразована в федеральной тюрьме. Там убийца служил два года, и при хорошем поведении и признание своей вины превращают их в обычные тюрьмы, где уровень «медиум секьюрити».

Людмиле на прогулку во внутреннем дворике тюрьмы уровне «максимум секьюрити». Фото: издательство «Весь Мир»

— Какие там условия?

— Мы жили в доме на 10 человек, я был в отдельной комнате с окном. Слежка, но вы можете пойти во двор на прогулку, и в главном здании, где библиотека, медицинский кабинет, тренажерный зал.

При хорошем поведении, а лайферы, которые имеют длительный срок, стараются изо всех сил, есть шанс заслужить перевод», по крайней мере секьюрити». Это также домик для двух рядов колючей проволоки и ров, но степень свободы больше: можно пойти на работу за пределами тюрьмы. Но все это не идет ни в какое сравнение с мужской закрыть. Мужчины могут работать в стране без каких-либо отслеживания, и даже есть личный автомобиль! У меня сразу отобраны водительские права. Когда я хотел, чтобы их продлить, мне сказали: «вы Действительно думаете, что выйдет живым из тюрьмы?»

— Но ты даже ходить в гости в Москву заболевшую сестру, несмотря на статус лайфера.

— В этот момент я уже вышел на «парол» — условно-досрочное освобождение. Это мечта всех заключенных. Когда моя сестра была тяжело больна, это онкология, отпусти меня на три месяца в Москве. Парол-офицер Линда Хэм поверил в меня и стал моим гарантом. Конечно, не было и малейшего желания, чтобы вернуться в Канаду, но я не мог нарушить свое слово и, чтобы разочаровать людей, которые меня поручились.

— Как удалось сохранить себя? Не сломаться, не сдаться…

— А я на 8 лет до приговора «шакал» из тюрьмы, я была пассивной. В это время со мной можно делать все, что хотят. Но когда оказался в тюрьме, и стал бороться за свою жизнь, начинает думать и анализировать. Если вы ничего не можете изменить, вы должны затаиться и изучать законы и правила в стране, где ты отбываешь наказание. Если есть доступ к Интернет, вы не должны порнографии ловить, а работать для своего освобождения.

Меня уважали даже те, которые были призваны, чтобы его ненавидеть, за то, что я, с их точки зрения, убийца, кроме русского. Я знаю, что большая часть того, что не знают.

Например, никому не было позволено из тюрьмы в библиотеке путешествовать. Но я читал в подзаконном акте, что если речь идет о лайфере, чей родной язык не английский и не французский, — ему обязаны предоставить возможность для чтения и общения на родном языке. Именно с посещения церкви. Я узнал, что это положенная привилегий, потому что в тюрьме не православный священник, и два раза в месяц меня возили в сервис.

Мне так жаль Константина Ярошенко и Виктора Бута! Я бы им посоветовал: «Не рыпайтесь! Молчите! Играйте в свои законы!» В уголовное законодательство всегда может найтись щель. Если эти люди работали за свое освобождение, а я, как в США законы гораздо либеральней, чем в Канаде, они уже есть в России…

— Что еще помогало выжить?

— На Работе. Без работы, мозг умирает. Пришлось делать телефонные звонки с моей сестрой в Москве, витамины. В Портидже меня поставили в мыть туалеты в тюрьме Гранд-Вэлли я работала в швейной бригаде. Через неделю уже норма, а через месяц — два. Зарабатывала до 120 долларов в месяц.

— Как вам удалось вернуться домой?

— Во-первых, я подала заявку для выезда в Россию в течение трех месяцев, по состоянию здоровья, но мне отказали. Я боялся, что мы с сестрой больше не увидимся. Новое приложение уже долгое время остается без ответа, а мне уже перестали платить пенсию. В конце концов разрешили выезд на три месяца после 28 ноября 2015 года. Я Не мог ждать так долго и 21 сентября покинули Канаду. До последнего боялась, что будет удалить из поля и наденут наручники. В Москве, летела как в тумане.

— У вас есть еще двойное гражданство — России и Канады?

— От российского паспорта я никогда не отказывалась. И в то время как я все еще являюсь гражданином Канады, к сожалению. Я бы хотел, конечно, поговорить с друзьями, но в этой стране никогда не вернусь. Я все еще в состоянии лайфера, и меня могут снова упрятать в тюрьму. Канада лишила меня всего-здоровья, научных проектов, пенсий. Я превратился в человека с ограниченными возможностями. Хожу трудно — кандалы для уменьшения вен на ногах.

Я 77 лет. В Москве, у меня нет своей квартиры. Живу у сестры на пенсию в 15 тысяч рублей. На скопленные в Канаде «похоронные» деньги я купил беседке, где осуществляется архив — моя история, которая еще не поставлена точка. Я надеюсь, что когда-нибудь меня оправдают, даже и посмертно…

Фото предоставлено издательством «Весь Мир».

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.